Вы находитесь здесь: Главная > Кинематограф > Фильмы без авторов: почему режиссеры убирают свое имя из титров

Фильмы без авторов: почему режиссеры убирают свое имя из титров

Имя настоящего режиссера фильма «Блокбастер», премьера которого 8 июня прошла на фестивале российского кино «Кинотавр», не будет указано в титрах фильма. Его режиссер, бывший кинокритик Роман Волобуев отказался от своей работы из-за конфликта с продюсерами, которые сделали итоговый монтаж отснятого материала самостоятельно, без учета мнения автора. Подобное в истории кино — не редкость.

КиноПоиск вспомнил самые любопытные случаи, когда режиссеры снимали свое имя из титров фильмов или меняли его по тем или иным причинам.Алан Смити как козел отпущенияПро Алана Смити знают многие киноманы, но напомнить о нем будет не лишним. Хотя у режиссера огромная фильмография, он не дает интервью, не посещает кинопремии и не фотографируется с поклонниками. Все потому, что у Алана нет поклонников, и самого его нет в природе.

В 1969 году этот собирательный псевдоним изобрела Гильдия режиссеров Америки, когда на вестерне «Смерть стрелка» ведущий актер Ричард Уидмарк за две недели до окончания съемок закапризничал и сменил режиссера. Разругавшись с Робертом Тоттеном, вспыльчивая звезда настояла на Доне Сигеле, чей детектив «Мадиган» (с Уидмарком в главной роли) снискал расположение у критиков. Сигел выручил, картину доснял, но от упоминания в титрах скромно отказался.

Тоттен же смертельно обиделся и от упоминания в титрах отказался тем более. Тогда и пришел на помощь безотказный Алан Смити (анаграмма от «The Alias Men» — «Люди под псевдонимами»), чьими услугами голливудские кинематографисты пользовались с тех пор регулярно, конфликтуя со студиями, совмещая несколько позиций на площадке или испытывая угрызения совести за халтуру.
Фильмы без авторов: почему режиссеры убирают свое имя из титров

«Птицы 2: На краю земли»

Оно и понятно, когда выпускаешь ленты вроде «Птицы 2: На краю земли» (ответ Хичкоку из 90-х) или «Фараоны-кровососы из Питтсбурга», грех не скрыть свое имя. Впрочем, были у Алана и мимолетные успехи. Пресловутый вестерн «Смерть стрелка» получил одобрительные отзывы, в том числе от корифея кинокритики Роджера Эберта, похвалившего таинственного автора: «Режиссер Алан Смити, имя которого мне не знакомо, позволяет истории развиваться своим чередом.

Он никогда не проповедует и никогда не задерживается на очевидном. Его герои делают то, что должны». Позднее Алан пришел на выручку Майклу Манну («Схватка» для ТВ) и Дэвиду Линчу («Дюна» для ТВ), он взял на себя ответственность за дебюты десятков новичков, создателей мыльных опер, телешоу и сериалов — среди них и пилот культового «Секретного агента Макгайвера» 1985 года.

В СССР подобная практика не прижилась, хотя чиновники от кино здесь тоже очень не любили, когда режиссеры шли на принцип. Фильм Киры Муратовой «Среди серых камней» был изрезан Государственным комитетом Украинской ССР по кинематографии. Вот как она вспоминала о рождении псевдонима Ивана Сидорова: «Я знаю, что чиновники очень не любят, когда режиссеры убирают свою фамилию из титров, и пообещала это сделать. Мне сказали: „Ну и убирайте!

Какую поставить?“ Тогда в злости сказала: „Да какую хотите — Иванов, Петров, Сидоров!“ — и они поставили — Иван Сидоров».

«Гори, Голливуд, гори»,

В США же, сколько бы гильдия ни секретничала, оберегая Алана от публичности, по мере распространения имени росла и его «популярность» в широких кругах. Финальной точкой стала псевдодокументальная комедия «Гори, Голливуд, гори», написанная и спродюсированная Джо Эстерхазом. По сюжету, режиссер фильма Алан Смити берется за дорогущий блокбастер с Сильвестером Сталлоне, Вупи Голдберг и Джеки Чаном (все они исполняют камео), но студия вмешивается в процесс и уродует ленту.

Тогда раздосадованный Алан пускается во все тяжкие, ведь скрыться под псевдонимом он не может — тот полностью совпадает с его именем. Нужно отметить, что прекрасный замысел был отвратительно реализован: получилось пошло и совсем не смешно. А в завершение постмодернистской игры реальный режиссер картины Артур Хиллер не нашел компромиссной концовки с Эстерхазом и, следуя стопами героя, скрылся под именем Алана Смити.

Лента с треском провалилась в прокате, взяла «Золотую малину» в 1998 году в номинациях «худший фильм» и «худший сценарий», а также добила беднягу Алана Смити.

Гильдия решила, что раз карты раскрыты, то прятаться за козлом отпущения дальше не целесообразно (пора бы и честь знать). Его официально отправили на покой, а авторы получили право брать те псевдонимы, какие захотят. Полная свобода творчества и свобода провала.

Тем не менее, заглянув на страницу Алана в IMDB, можно увидеть, что его творческая деятельность бьет ключом. Каждый год фильмография Смити пополняется новыми «произведениями». С одной стороны, он стал брендом, а с другой — зачем выдумывать оригинальный псевдоним, если хочешь забыть снятый фильм как страшный сон.Жертвы «охоты на ведьм»Сколько индустрия кино существует, столько ее работники хитрят в титрах.

И если для актеров это дело привычное и часто связано с благозвучностью (имена Натали Хершлаг или Вайноны Хоровитц даже в расшифровках не нуждаются), то для режиссеров обращение к псевдонимам может быть продиктовано особыми обстоятельствами.

Роско Арбакль

Так, в сентябре 1921 года Роско «Толстяк» Арбакл, комический актер и режиссер, оказался не в то время и не в том месте. На вечеринке в честь «Дня труда» его давней подруге Вирджинии Рапп стало плохо, а спустя четыре дня юная актриса и фотомодель скончалась. Многочисленные свидетели намекали, что причиной всему стало сексуальное изнасилование, которое совершил Арбакл.

Начались долгие судебные тяжбы, за которые пресса без всяких приговоров растоптала карьеру комика. Его картины оказались под запретом, а режиссер обречен на выживание. Тогда, чтобы продолжить работу, ему ничего не осталось, как взять имя отца Уильяма Гудрича.

Лишь по прошествии 11 лет суд присяжных пришел к выводу, что Арбакл невиновен. Он был реабилитирован, с его картин сняли все запреты, но перебить скандал хорошими картинами Арбакл уже не успел — он скончался через год.

Спустя пару десятилетий жертвами похожей «охоты на ведьм» в США стали кинематографисты, являвшиеся членами коммунистической партии и им сочувствующие. В списки «врагов народа» разных лет попало свыше 150 актеров, драматургов, сценаристов, режиссеров и композиторов. Всех их, фактически, выдворили из профессии, а некоторых вынудили покинуть США.

Но даже найдя пристанище в Европе (Жюль Дассен, Эдвард Дмитрык или Джозеф Лоузи), авторам нередко приходилось скрываться под псевдонимами, дабы не компрометировать свою съемочную группу.

Далтон Трамбо

Пожалуй, самое удивительная история произошла с талантливым сценаристом Далтоном Трамбо. Проведя 11 месяцев в тюрьме штата Кентуки, он эмигрировал в Мексику, где продолжил заниматься тем, что умел лучше всего. Его упорство оправдалось с лихвой: в 1954 году сценарий Трамбо к «Римским каникулам» удостоился «Оскара», который вручили Яну Мак-Леллану Хантеру, представившемуся официальным сценаристом фильма.

В 1956 году Трамбо удостоился «Оскара» во второй раз — за сценарий трогательной мелодрамы «Храбрец». Тут уж сценарист фильма, некий Роберт Рич, на церемонию и вовсе не явился.

Только в 1960-х история расставила все по своим местам: Далтон Трамбо был полностью реабилитирован, восстановлен в Гильдии сценаристов Америки и продолжил писать под собственным именем.Сделаем это по-итальянскиВ международном прокате часто может смениться название фильма, его хронометраж, монтаж и даже имена создателей. Последнее приключилось и со спагетти-вестерном «За пригоршню долларов», который Серджио Леоне, рассчитывая на лучший прием в Америке, представил под авторством Боба Робертсона (от имени отца Роберто Роберти).

Музыка Эннио Морриконе отошла некоему Дану Савио, имя которого великий композитор не раз использовал впоследствии. Интересно, что для Италии этот пример «американизации» не единственный. В разные годы режиссеры прибегали к нехитрому приему, продиктованную прокатом: Антонио Маргерити был Энтони Доусоном, Марио Бава был Джоном Олдом, а его сын Ламберто — Джоном Олдом-младшим.

Серджио Леоне

Наверное, производство откровенного кино — не тот поступок, которым можно хвастаться перед детьми на закате дней, а потому эта отрасль занимает уверенное первое место по использованию псевдонимов. Например, мало кто знает, что криминальных дел мастер Абель Феррара («Ангел мщения», «Плохой лейтенант») начинал как озорной Джимми Бой Ли с фильмом, жанр которого и композиция явствуют из нехитрого названия: «9 жизней влажной киски».

Рекордсменом по количеству используемых имен почему-то называют итальянца Бруно Маттеи, перебивавшегося с порно на кровавые хорроры и обратно. Однако его 20 псевдонимов — смех по сравнению с соотечественником Аристиде Массаччези, известным в узких кругах как Джо Д’Амато. Он умудрился сотворить за жизнь порядка 200 фильмов «пониженной социальной ответственности» под более чем 40 фамилиями.

Наконец, высшее достижение, по-видимому, принадлежит одиозному испанцу Хесусу Франко, сочетавшему в своих картинах эротику и элементы хоррора («Вампирша», «Суккуб», «Вампирши-лесбиянки»). За длительную карьеру он использовал порядка 50 псевдонимов, многие из которых одалживал у любимых джазменов.Совмещение ролейЕсли имя режиссера фильма не Винсент Галло, который выступил в «Буром Кролике», помимо всего прочего, оператором и актером одновременно, то подобная многостаночность не приветствуется в титрах. Отсюда масса псевдонимов, которые не последние авторы мирового кино используют с разной степенью периодичности.

Стивен Содерберг

Самый известный пример — Стивен Содерберг, подписывающий свои операторские работы Питером Эндрюсом (в честь отца), а монтажные как Мэри Энн Бернард (в честь матери). Небезызвестен и «старенький» монтажер братьев Коэнов по имени Родерик Джейнс, дважды номинированный на «Оскар» за «Фарго» и «Старикам тут не место».

На престижную церемонию он, само собой, не является, ведь на данный момент ему должен быть 121 год (это если сложить возраст Итана и Джоэла, чьим общим псевдонимом и приходится Джейнс). А вот Бит Такеши — актерский псевдоним Такеши Китано, который он посвятил первым сценическим шагам: в далеких 70-х он выступал вместе с другом в комическом дуэте «Two Beats».

В переводе: «Два четвертака».Концептуальный жестБыл в истории кинематографа экстраординарный случай, когда режиссеры добровольно отказывались от упоминания в титрах ради концептуальной идеи. Всему виной датская киногруппа «Догма-95», придуманная в легком подпитии скромным Томасом Винтербергом и ни разу не скромным Ларсом фон Триером. Режиссеры написали сокрушительный манифест и снабдили его десятью правилами, по которым предложили снимать кино всем желающим.

Затесался среди строгих заветов и странный запрет на упоминание в титрах имени режиссера.

Формально фамилия автора уступила место порядковому номеру «Догмы», который присваивался каждой ленте движения. Вот только порядковый номер на кинофестиваль не отправишь, и наиболее успешные «догматики» охотно взяли на себя эту «ношу», самолично приезжая за наградами, поднимаясь на сцену и раздавая благодарности (маме, коллегам, все как положено). Сегодня не составляет труда найти список из нескольких сотен «догматических» картин. У каждой из них указан автор.

Каждая из них свидетельствует о крахе «Догмы» и ее напускного концептуализма.

Ларс фон Триер

Есть, впрочем, в арсенале кинодвижения по-настоящему уникальный фильм «День-Д», рассказывающий про ограбление банка, и авторство его установить проблематично. Более того, произведение никто не может посмотреть в его первозданном виде, так как вида этого нет в природе! Все дело в том, что в канун нового тысячелетия первопроходцы группы (Триер, Винтерберг, Краг-Якобсен и Левринг) сняли «День-Д» в режиме реального времени, поделив между собой сюжетные линии. Каждая история транслировалась по своему датскому телеканалу, а зрители, «профессионально» владея пультом, становились монтажерами и собирали тот фильм, какой хотели (а в действительности — какой получался у них методом тыка).Документальное кино

Документальным кино автор управляет лишь отчасти: герои в любой момент могут перекроить сюжет на свой лад или закончить фильм, когда им вздумается. В этом смысле они такие же (ну или почти такие же) демиурги, как и их режиссеры. Мощнее других развили эту тему российские документалисты Павел Костомаров и Александр Расторгуев, отдав камеру в руки своих персонажей.

Перед съемками фильма «Я тебя люблю» в Ростове-на-Дону они провели большой кастинг, на котором отобрали самых интересных (и самых свободных) молодых людей. Затем режиссеры удалились. И жизнь началась.

Получившаяся картина представляет собой любопытнейший жесткий эксперимент, — немного кино, немного реалити-шоу, немного видеоарт, — переполненный нецензурной бранью и, подчас, самой суровой правдой. «Я тебя люблю» (как и снятый годом позже проект «Я тебя не люблю») — вовсе не попытка Костомарова и Расторгуева спрятаться или отстраниться от материала; они лишь делятся авторством со своими героями, которых уже никак не назовешь лирическими.

Джошуа Оппенхаймер

«Акт убийства» Джошуа Оппенхаймера стоит особняком в истории кинематографа, а имена многих создателей фильма скрыты в титрах под «анонимами». Причина здесь вовсе не художественная, а вполне человеческая — страх. Этот документальный фильм посвящен кровавой расправе над более чем двумя миллионами индонезийцев и китайцев, заподозренных в приверженности к коммунизму.

Тогда — после военного переворота 1965 года — безграничное право на геноцид в Индонезии получили «эскадроны смерти», состоявшие из бывших заключенных, гангстеров и садистов. Часть из них и поныне занимает важные государственные посты, а герои фильма (те самые палачи) бахвалятся перед камерой совершенными убийствами, с улюлюканьем посвящая интервьюера в нюансы казней.

И если американец Джошуа Оппенхаймер после выхода резонансного фильма получил иммунитет, то десятки членов его съемочной группы остались в своих индонезийских селах, деревнях и городах. Оставаться в таких обстоятельствах анонимом — не прихоть; это вопрос жизни и смерти.

Автор Даниил Смолев

Служебный роман 1 серия


Релевантные статьи:

Теги: ,

закладки и соцсети

Комментарии закрыты.