Вы находитесь здесь: Главная > Кинематограф > Море внутри: как кинофестиваль «край света» меняет целый регион

Море внутри: как кинофестиваль «край света» меняет целый регион

«Сахалинцы не принимают сразу»На седьмом фестивале «Край света» полные залы на всех вечерних сеансах и в выходные. Зрители смотрят всё — от документальных лент про Сахалин до брутального фильма о боксере-наркомане в тайской тюрьме. Такой же ажиотаж и на обсуждении картин в шатре на площади перед кинотеатром и на мастер-классе Марины Разбежкиной.

Все показы бесплатны, но нужно заранее взять билеты, и на субботние сеансы билетов нет уже в пятницу утром. Те, кому билеты не достались, терпеливо ждут у входа: при наличии мест в зале их пустят на свободные кресла. Если же попасть в зал не получится, на площади перед зданием правительства — кино под открытым небом.

Показывают и неигровые фильмы про экологию вроде картины Ястржембского про амурских тигров, и прокатный артхаус вроде «Капитана Фантастик». Обычно безлюдная по вечерам, в дни фестиваля площадь забита до отказа. Еще у смотра есть четкий просветительский посыл: одна из программ так и называется — «Как научиться смотреть кино?» — и представляет фестивальные хиты последних одного-двух лет вроде «О теле и душе», «Патерсона», «Короля бельгийцев» и «По ту сторону надежды».

Море внутри: как кинофестиваль «край света» меняет целый регион

«Капитан Фантастик»

«Сахалинцы не принимают сразу. Они долго присматриваются. Но если они впустили тебя в свою зону, то ты уже свой. Организаторы „Края света“ стали нашими. Поэтому когда вдруг без объяснения причин в прошлом году сменили команду, зрители ополчились. Фестиваль прошлого года был неплохой, он был хорошо организован, было много мастер-классов, и люди ходили на показы.

Но какая бы программа ни была, атмосфера заранее не сложилась», — говорит Мария Ларионова, жительница города и участница фестивальной мастерской «Европеец-Азиат». Когда губернатора Сахалинской области Александра Хорошавина сменил Олег Кожемяко, для организации «Края света» 2016 года пригласили команду, работавшую над фестивалем «Амурская осень», и перенесли время проведения смотра на сентябрь.

Большая часть недовольства была связана с отвратительной погодой — в начале осени на Сахалин всегда приходит тайфун. Отвлекать сахалинцев от дождя и ветра приехал сам Стивен Сигал, но это не помогло. Жители Южно-Сахалинска активно выражали свое недовольство в сети, и руководство области к негативным отзывам прислушалось.

В марте 2017-го стало известно, что к работе над «Краем света» вернутся продюсер Алексей Агранович и программный директор Алексей Медведев, а сам смотр пройдет, как и раньше, в конце августа.

Алексей Агранович на открытии фестиваля/ Фото: Геннадий Авраменко

Заручившись поддержкой зрителей и региональных властей, организаторы фестиваля могут позволить себе нарушать все традиции классического российского смотра. Звезды хотят приехать просто так, чтобы пройтись по красной дорожке и потусоваться на приеме? Фестиваль готов приглашать гостей только в том случае, если они представляют фильм, являются членами жюри или проводят мастер-класс. Исключений нет даже для Данилы Козловского. На открытии нужно показать громкую премьеру?

Алексей Медведев так не считает, выбирая для церемонии открытия две короткометражки, одна из которых — трогательная, снятая в 2004 году на только появившуюся тогда цифру индийская короткометражка «Прямо здесь, прямо сейчас» члена жюри Ананда Ганди. «Прямо здесь, прямо сейчас», несмотря на низкое качество картинки, легко находит ключ к зрителю. Это простая история про последствия наших слов и действий.

За резкой ссорой тянется цепочка негативных событий, за добрыми словами похвалы — цепь радостных.Фатальная проблема памятиВторой фильм открытия — гордость фестиваля. «В объятиях моря» снят на Сахалине. Его режиссер Дмитрий Моисеев родился на острове, хотя учился в академии коммуникаций Wordshop в Москве и сейчас продолжает жить в столице.

Его брат-близнец Денис Моисеев живет в Южно-Сахалинске, снимает рекламу и занимается 3D-графикой. «В объятиях моря» братья снимали практически без бюджета, технику брали у знакомых, графику рисовали сами, а в главных ролях снялись их друзья — непрофессиональные актеры. «В объятиях моря» — замаскированный под скупую черную комедию фильм-посвящение, рассказать о котором сложно без спойлеров. Память об одном из героев, Васе, появляющемся в кадрах снятой на мобильный телефон документальной хроники, герои стараются сохранить с помощью странного и комичного на первый взгляд ритуала.

«В объятиях моря», режиссер Дмитрий Моисеев

«Братья Моисеевы занялись главным — кодированием окружающей действительности. И еще они очень точно поймали, что здесь большие проблемы с памятью. Это у нас тотальная и фатальная проблема», — считает кинокритик Илья Шамазов, один из кураторов мастерской «Европеец-Азиат», вернувшийся на остров два года назад после почти 20 лет в Нижнем Новгороде и Москве.

В прошлом году, когда у фестиваля временно сменилась команда, Шамазов в рамках «Края света» руководил съемками документального альманаха «На краю».

Десяток молодых режиссеров — как приезжих, так и местных — колесили по острову в поисках героев и историй. «В поселке Дуэ мы не смогли по этическим соображениям снять изумительный образ современного Сахалина, — рассказывает Шамазов. — Это поселок, где сейчас живут 30 человек, а когда-то там была шахта и было более трех тысяч жителей. Дуэ — кинематограф в чистом виде, второй план работает на все истории, что мы там слышали. Там был персонаж — сын нашего главного героя, он глухой.

Увидев, что странные люди с камерами проявляют интерес к его отцу, он начинает рассказывать историю своей семьи. Всем очень хочется высказаться на Сахалине. Он много говорит, но он не знает многих слов, какие-то понятия он чертит палкой на берегу, не зная, как их выразить.

Его спутанный эрзац-рассказ включает и каторжный период, и японский, и период Второй мировой. По крайней мере насколько я его понял. И все сахалинцы так же: они рассказывают эрзац-истории про свой край, начиная вспоминать историю острова с Чехова, который написал книгу (в дурном настроении) про Сахалин, как будто здесь был ад».

И все-таки у авторов «На краю» получился портрет острова в лицах — от печальных рыболовов до бодрых, хоть и не без надлома, угольщиков. «Материк не для меня», — говорит один из героев фильма, фиксируя этой короткой фразой обособленность островитян.В объятиях моря«Как вас сюда занесло?» — с недоверием спрашивают здесь журналистов, приехавших не просто с материка, а из далекой Москвы. Мысль о том, что Сахалин — «похожий по форме на стерлядь» остров на краю света — может быть интересен столичной прессе, поначалу вызывает у местных недоумение.

История Сахалина, который с конца XIX века был островом-тюрьмой, где население состояло из палачей-тюремщиков и ссыльных преступников, в том числе и политических, а потом из приезжих с материка за работой или романтикой беглецов уже другого толка, по-прежнему определяет сознание тех, кто здесь живет. При этом теме каторжной жизни в местном краеведческом музее скромно отведены лишь небольшая комната на последнем этаже и домик во дворе. Там можно увидеть фотографии заключенных, прикованных к тачкам — это было одной из наиболее страшных и унизительных форм наказания, которая применялась к наиболее опасным преступникам.

Фото: Геннадий Авраменко

«Дед мой был прикован к тачке, да», — вспоминают с экрана потомки каторжан в 12-минутном документальном фильме Сергея Кузовова «Каторга. Послесловие». Его показывают на фестивале в рамках программы «Кино Сахалина». Программа небольшая, всего восемь фильмов, зато каждый тесно связан с регионом.

Это не упражнения в жанре и не универсальные драмы, а чаще всего попытка рассказать о соседях по острову, отрефлексировать собственные ощущения, зафиксировать память о том, что ушло. Неигровой «Папин пароход» Оксаны Бычковой тоже работает с памятью. Режиссер «Питер FM», уроженка города Холмска, вернулась в родные места, чтобы рассказать о пароходе «Антон Буюклы», где работал капитаном ее отец.

Экипаж парохода когда-то был сплоченной семьей, колесил по морям и океанам, а теперь их разбросало по стране. Но время, проведенное на «Антоне Буюклы», они вспоминают со смехом и ностальгией.

Оксана Бычкова / Фото: Геннадий Авраменко

«Колыбель для лосося» Александра Зарчикова использует документально-игровую форму, чтобы рассказать — пусть сбивчиво и многословно — сразу обо всем: и о том, как на острове сократилась популяция лосося, и о том, как Сахалин спустя полтора века по-прежнему остается прибежищем авантюристов из разных регионов и стран, и о том, как притягательна его неласковая природа с гуляющими по берегам медведями, выпрыгивающей из горных рек горбушей, мелькающими в морских волнах китами. Подчиненность законам природы на Сахалине ощутима физически: сокращение популяции лосося ведет к тому, что обитающие здесь медведи голодны и агрессивны, их приближения к людям стоит опасаться.

Даже в игровой картине «В объятиях моря» одну из ролей играет, по сути говоря, «лосось какой-то». Когда узнаешь, что кинематографом здесь занимаются экологи, биологи, рыболовы и моряки, совершенно не удивляешься. Наверняка даже сны здесь тоже о горбуше, орланах и морской капусте.

Сахалинская публика, впрочем, к местным молодым кинематографистам строга. «Они прошлись галопом по Европам, — качает головой пенсионерка на выходе из зала, обращаясь к подруге. — Они мне ничего не приоткрыли, никакого уголочка, никакой дверцы не расщепили. Я сахалинка, я ничего не познала нового. Чудинов наш фильмы делает гораздо лучше!

Про охоту, про рыбалку. Такие классные — посмотри в интернете».Уезжать нельзя, остатьсяАвтор «Колыбели для лосося» Александр Зарчиков, эколог и бывший судоводитель с ярко-голубыми глазами и рассеянным взглядом, камеру впервые взял в заказнике на севере острова. В 2004 году он уехал в Санкт-Петербург «искать себя», попал на съемки сериала и понял, что ему интересно кино.

Вольным слушателем он изучал режиссуру документального кино, но, отучившись и не найдя работу в Питере, вернулся на остров. Поработав какое-то время судоводителем, он снял по заказу французских продюсеров «Половинки» — документальную ленту о машинах, которые перевозят из Японии в распиленном на две части виде. Это фильм-эссе с закадровыми рассуждениями автора о собственном прошлом. Сейчас Зарчиков занимается собственными проектами и иногда снимает видео на заказ.

Недавно родители одиннадцатиклассников из сельской школы попросили его снять ролик о выпускном вечере. «Я ездил к ним, снимал их где-то около полугода. Фильм получился концептуальный, о людях, перед которыми открывается жизнь, и о том, что они с ней будут делать. Все они хотят уехать с Сахалина.

Это было очень грустно», — говорит Зарчиков.

«Колыбель для лосося»

В 1991 году население Сахалинской области составляло 715 тысяч человек. Сейчас на Сахалине и Курилах живет чуть больше 487 тысяч. Поиск ответа на вопрос о том, уезжать ли с острова, был и в центре сюжета фильма Игоря Кима «Притяжение», который на «Крае света» показывали в 2015 году. Сейчас режиссер стесняется картины и показывать ее отказывается.

Ким — из сахалинских корейцев (в составе населения их около 5%). Когда после школы встал вопрос об учебе, Игорь узнал о гранте для сахалинцев в институте кино и сценических искусств Пусана. Так он попал в Южную Корею, окончил режиссерский факультет и стал работать на корейских съемочных площадках ассистентом художника-постановщика, но — отчасти по семейным обстоятельствам, отчасти из-за сложностей с работой — вернулся на родной остров.

Кинотеатр на площади / Фото предоставлено пресс-службой кинофестиваля «Край света»

После «Притяжения» он написал сценарий короткометражной драмы «Мам, я дома» о женщине, которая от одиночества становится участницей религиозной секты «Церковь Божьей матери». Эту историю не назовешь специфически сахалинской (хотя на острове действительно есть активные религиозные организации, далекие от традиционных), а тема разобщенности родителей и уехавших в другие города детей актуальна для всей страны.

Проект Кима победил на питчинге, который в 2015 году проводили в рамках фестиваля «Край света», однако из-за смены губернатора и перестановок в местном правительстве договориться о финансировании производства с министерством культуры не удалось. «Мам, я дома» Ким снял в прошлом году на собственные средства и с местными непрофессиональными актерами (тот же Зарчиков появился в одной ролей, показав себя неплохим актером), а продюсером выступила Мария Ларионова. В обычной жизни Мария — советник отдела охраны окружающей среды в министерстве природных ресурсов.

У нее два высших образования — эколог и учитель географии. Но на фестивале «Край света» она прошла мастерскую мобильного кино Максима Мусселя, познакомилась с Кимом и решила попробовать себя в роли продюсера.

Сейчас в рамках мастерской «Европеец-Азиат» Ларионова выступила продюсером короткометражки «Путешественники».Пространство ожившего мифа«Путешественники» — игровая история о работнице ЖКХ, разговаривающей с памятниками Южно-Сахалинска — Крузенштерном, Невельским, Чеховым. Мастерской «Европеец-Азиат», существующей с 2013 года, руководят Юлия Левицкая и Эльдар Шибанов, а в прошлом году к ним присоединился Илья Шамазов.

Поначалу в мастерскую набирали всех желающих, интересующихся кино. В 2017-м решили сфокусироваться на работе с теми, кто уже имеет опыт съемок.

Посетители фестиваля / Фото предоставлено пресс-службой кинофестиваля «Край света»

«Мы хотели погрузить участников в очень жесткие, а порой и жестокие условия производства, которые существуют на самом деле, чтобы они научились слышать и слушать себя, друг друга, находить возможность привлекать ресурсы, которые помогут им создать их собственный авторский продукт», — говорит куратор мастерской Юлия Левицкая. Над сценарием начали работать еще в начале лета. В основу легла идея Александра Зарчикова, но условия, пожалуй, были невыполнимо жесткими.

Показанная 31 августа сырая версия монтажа явно свидетельствует о том, что «Путешественники» пострадали от сжатых сроков производства и занятости ее авторов (один из режиссеров, Елена Опрышко, занималась еще и дневниками фестиваля). Над фильмом предстоит еще поработать.

Однако в короткометражке вновь проступает локальный контекст. Главная героиня родом из Таганрога, и Крузенштерну она жалуется: «Уеду я, Иван Федорович, сил моих больше нет». Естественно, никуда она не уедет.

И Чехова, культ которого в Южно-Сахалинске проявляется во всех топонимах, авторы не забыли. Писатель удивленно говорит голосом Алексея Аграновича, осматривая современный город: «А я писал, что Сахалин — проклятая земля». Да и идея памятников, во время аномальной жары беседующих с мечтающей о любви дворничихой, подкупает простотой и обаянием.

Куда удачнее оказался результат работы другого проекта «Края света» — киномастерской для подростков под руководством сценариста Елены Ваниной. Более двадцати детей в возрасте от 9 до 17 лет целую неделю пугали местных охранников, снимая мюзиклы, хорроры и комедии, оккупируя торговые центры, лифты, подъезды и парки. В фильме, смонтированном из небольших кусочков и снятом субъективной, едва ли не случайно включенной камерой как будто бы переходящего из рук в руки телефона, сквозь скачущее изображение (то перевернутое, то наполовину закрытое каким-то карманом) вдруг прорывается обычная такая подростковая жизнь — без локальной специфики, с обычными бабушками, подружками, младшими сестрами, зеленой травой и голубым и пересвеченным небом, таким же как везде.

Фото предоставлено пресс-службой кинофестиваля «Край света»

Помимо различных упражнений вроде коротких выразительных видеопортретов, юные студенты Ваниной сняли под руководством кураторов однокадровый фильм «Мир, когда я сплю», оживив свои фантазии с помощью приемов Мишеля Гондри: волшебный мир сновидений сделан обезоруживающе просто — из фольги, скотча, блесток, солнечных бликов, отражений в зеркале и вводящего в легкий транс саундтрека. При этом подростковые грезы на экране так же волнующе убедительны, как одиннадцатилетняя Варя, объявляющая перед показом: «Мне было бы интересно снять такое кино, которое будет интересно мне». Более двадцати детей, увлеченных кино и живущих в универсальном контексте, — это уже немалое достижение одного локального фестиваля.Большие и маленькие истории

Еще одна мастерская «Края света» посвящена урбанистике и называется «Сделай сам». В этом году кураторы выбрали тему «Миф как достопримечательность». Участники опросили около полусотни жителей, узнав, какие достопримечательности они считают самыми важными в городе, изучали тексты, песни и даже интернет-мемы про Сахалин, пытаясь понять, какие места можно назвать скрытыми, непроявленными достопримечательностями, обладающими собственной мифологией.

Результатом стали арт-проекты, городской словарь (своеобразная «Википедия» сахалинских терминов — от корюшки до песни «Что тебе сказать про Сахалин») и полноценные тематические экскурсионные маршруты, открывающие город с необычных сторон. Например, есть маршрут «Карта экспата». На Сахалине работает много иностранцев, часто они живут в обособленных коттеджных поселках, которые напоминают типичные американские городки с двухэтажными белоснежными домами и зелеными газонами.

Автор проекта — недавно переехавшая из Москвы на остров Ксения Мокрушина, советник мэра Южно-Сахалинска по городскому развитию и урбанистике — напомнила о том, что жены экспатов готовы активно участвовать в жизни города, так как у них много свободного времени, и этим Южно-Сахалинск вполне может воспользоваться.

Мастерская «Сделай сам» / Фото предоставлено пресс-службой кинофестиваля «Край света»

Журналистская мастерская «Большая история», кураторами которой выступили Филипп Дзядко, Ася Терехова и Олег Коронный из проекта Arzamas, как раз работает с памятью и личными историями жителей острова, собирая материал по семейным архивам участников, составляя плейлист из музыки коренного народа острова — нивхов, записывая лекции местного историка на тему «Как понять Сахалин». Но главное, что делают участники «Большой истории», — самостоятельно пишут историю «края приезжих и оставшихся». Героями их текстов и видео становятся смотритель маяка, живущий в глуши плотник-проповедник, даже продавщица из соседнего магазина.

Казалось бы, какое отношение все это имеет к кино? Организаторы «Края света» верят в то, что ежегодное мероприятие — это лишь драйвер, точка притяжения, которая не может и не должна ограничиваться показами и обсуждениями. В конце концов, путь к кино может лежать не только через просмотр, но и через такую нетривиальную дорогу, как полка обмена книгами в парке. В Южно-Сахалинском парке культуры и отдыха им.

Гагарина, где студенты мастерской Елены Ваниной снимали свои волшебные сны, стоит смешной железный динозавр и держит в лапе застекленный ящик с книжками. Весной десятиклассник Вадим Шашков проходил мимо этого динозавра и увидел в ящике книгу «Андрей Тарковский: Жизнь на кресте».

Прочитав биографию режиссера, школьник заинтересовался кинематографом, стал участником киномастерской «Края света» и сейчас со знанием дела рассуждает о вреде пятимиллионного взноса за прокат иностранных фильмов. Вадим уже решил поступать во ВГИК. Правда, говорит, что родители настаивают на военном училище.

Журналистская мастерская «Большая история» / Фото предоставлено пресс-службой кинофестиваля «Край света»

Не только смотреть фильмы (этому, судя по вопросам местных зрителей после обсуждения, сахалинцы уже научились), но и изучать свой регион с помощью визуальных искусств и более — такую задачу ставит перед собой и жителями города команда «Края света». И собирается в следующем году распространить этот опыт на другом краю света — в Калининграде.

Автор Дарико Цулая

7 Сахалинский Международный Кинофестиваль \


Релевантные статьи:

Теги: , ,

закладки и соцсети

Комментарии закрыты.